Фото 1Фото 2Фото 3

MIPA листы безопасности

Князь, который до сих пор, как уже упомянул я, ограничивался всношениях с Николаем Сергеичем одной сухой, деловой перепиской, писал к немутеперь самым подробным, откровенным и дружеским образом о своих семейныхобстоятельствах: он жаловался на своего сына, писал, что сын огорчает егодурным своим поведением; что, конечно, на шалости такого мальчика нельзя ещесмотреть слишком серьезно (он, видимо, старался оправдать его), но что онрешился наказать сына, попугать его, а именно: сослать его на некотороевремя в деревню, под присмотр Ихменева.

Князь писал, что вполне полагаетсяна «своего добрейшего, благороднейшего Николая Сергеевича и в особенности наАнну Андреевну», просил их обоих принять его ветрогона в их семейство,поучить в уединении уму-разуму, полюбить его, если возможно, а главное,исправить его легкомысленный характер и «внушить спасительные и строгиеправила, столь необходимые в человеческой жизни». Разумеется, старик Ихменевс восторгом принялся за дело. Явился и молодой князь; они приняли его какродного сына.

Вскоре Николай Сергеич горячо полюбил его, не менее чем своюНаташу; даже потом, уже после окончательного разрыва между князем-отцом иИхменевым, старик с веселым духом вспоминал иногда о своем Алеше — такпривык он называть князя Алексея Петровича. В самом деле, это былпремилейший мальчик: красавчик собою, слабый и нервный, как женщина, новместе с тем веселый и простодушный, с душою отверстою и способною кблагороднейшим ощущениям, с сердцем любящим, правдивым и признательным, — онсделался идолом в доме Ихменевых. Несмотря на свои девятнадцать лет, он былеще совершенный ребенок. Трудно было представить, за что его мог сослатьотец, который, как говорили, очень любил его?

Говорили, что молодой человекв Петербурге жил праздно и ветрено, служить не хотел и огорчал этим отца.Николай Сергеич не расспрашивал Алешу, потому что князь Петр Александрович,видимо, умалчивал в своем письме о настоящей причине изгнания сына. Впрочем,носились слухи про какую-то непростительную ветреность Алеши, про какую-тосвязь с одной дамой, про какой-то вызов на дуэль, про какой-то невероятныйпроигрыш в карты; доходили даже до каких-то чужих денег, им будто бырастраченных.

Был тоже слух, что князь решился удалить сына вовсе не завину, а вследствие каких-то особенных, эгоистических соображений. НиколайСергеич с негодованием отвергал этот слух, тем более что Алеша чрезвычайнолюбил своего отца, которого не знал в продолжение всего своего детства иотрочества; он говорил об нем с восторгом, с увлечением; видно было, что онвполне подчинился его влиянию. Алеша болтал тоже иногда про какую-тографиню, за которой волочились и он и отец вместе, но что он, Алеша, одержалверх, а отец на него за это ужасно рассердился.

Он всегда рассказывал этуисторию с восторгом, с детским простодушием, с звонким, веселым смехом; ноНиколай Сергеич тотчас же его останавливал. Алеша подтверждал тоже слух, чтоотец его хочет жениться.

Корзина

Ваш заказ

Товаров: нет
К оплате: 0 руб.

Рекомендуем

1 р.1 р.